События

ЗИМА

Русская зима 1941 года. Гитлер был уверен, что Восточная кампания будет победоносно закончена до наступления холодов. Но реальность оказалась иной. Германские войска к зиме оказались не готовы. В 1941 году первые заморозки ударили 6—7 ноября. По русской традиции немцы оказались к ним абсолютно не готовы. Так, например, в 3-ю армию первые партии зимнего обмундирования пришли спустя две недели, когда на улице уже стоял 25-градусный мороз. Одежды было крайне недостаточно — интенданты выдавали одну шинель на 4 солдат. Массу нареканий в частях вермахта вызывала и обувь. Особенно знаменитые подбитые металлическими клёпками короткие сапоги. Кстати, по немецким сапогам в своих воспоминаниях прошёлся и маршал Советского Союза Георгий Жуков: «Солдаты и офицеры носили очень тесные сапоги. И конечно, у всех были обморожены ноги. Немцы не обратили внимания на тот факт, что с XVIII столетия русские солдаты получали сапоги на один размер больше, чем нужно, что давало им возможность набивать их соломой, а в последнее время газетами и благодаря этому избегать обморожений». Рядовым немецким солдатам приходилось согреваться проклятиями в адрес командования и надеяться только на себя. Об этом говорят выдержки из их дневниковых записей: «Мы натягиваем на себя всё, что подворачивается под руку, что удаётся добыть на русских текстильных фабриках, складах и в магазинах, — одну вещь поверх другой. Но от этого теплее не становится, а вот движение такое облачение затрудняет. Все эти промокшие грязные одежды становятся питательной средой для вшей, которые впиваются в кожу. Хлеб поступает твёрдый как камень. Буханки делим с помощью топора, после чего куски бросаем в огонь, чтобы они оттаяли. Ежедневные потери от проблем с пищеварением и обморожениями превышают боевые…» «Предыдущую ночь провели в старых бетонных дотах на учебном танковом полигоне. Ночка выдалась адская. Прежде чем солдаты понимали, что происходит, пальцы рук белели, а пальцы ног деревенели в сапогах. Утром за медицинской помощью обратились 30 человек с сильными обморожениями. Нельзя было даже снять сапоги с больного, поскольку кожа оставалась на стельках и материи, которой солдаты обматывали ноги. Медикаменты для оказания помощи обмороженным отсутствуют…» Когда незащищенная ладонь соприкасается с холодным металлом – с карабином, пулеметом, артиллерийской пушкой, – она моментально примерзает, а если ее оторвать, на металле останутся куски кожи. Стало невозможно пользоваться оружием или носить гранаты без перчаток. Но наши шерстяные перчатки никуда не годятся – уже через несколько дней ткань рассыпается. Солдаты на передовой не могут помыться, привести себя в порядок. Они жутко истощены – мы видим это по раненым с их торчащими ребрами… …Горе, если тот, у которого уже угасли жизненные функции в верхних частях тканей, внезапно заходил в прогретую комнату или приближался к сильному пламени. В отмороженных конечностях сразу же начинала развиваться гангрена, причем с огромной скоростью. Прямо на глазах». Если раненых не удавалось сразу вынести за линию огня, они погибали мучительной смертью. Павшие в бою за короткий срок окоченевали: трупы, изуродованные судорогой, укладывались, как дрова, штабелями в сараях, так как их невозможно было похоронить в земле. Первоначально мы пытались взрывами зарядов динамита готовить могилу, но почти безуспешно. Мертвые, как и живые, должны были ждать наступления весны. Мы предчувствуем, что эти жертвы будут напрасны» Проблемы с обмундированием — это ещё полбеды. Русский Дед Мороз безжалостно громил и вражескую технику. Из-за отсутствия антифриза в машинах блоков цилиндров. Вот что пишет по этому поводу в своём письме военнослужащий 2-й батареи 208-го артиллерийского полка: «Все тягачи вышли из строя. В пушку приходится впрягать по 6 лошадей. В 30-градусный мороз в наших узких сапогах пальцы отмерзают раньше, чем даже успеваешь это почувствовать. Во всей батарее нет никого, кто бы не отморозил пальцы или пятку». От холода пострадала и система тылового обеспечения. У немцев замёрзли паровозы. По имеющимся сведениям, вместо ежедневно необходимых 26 эшелонов с провизией, одеждой, топливом и боеприпасами группа армий «Центр» получала лишь 8—10. Замерзало и оружие. Немцы в своих воспоминаниях сетуют на то, что трущиеся части стрелкового оружия примерзали друг другу без зимнего масла: «Перед тем как идти на пост, солдаты брали с собой нагретые на печи кирпичи. Но не для того, чтобы греть ими руки и ноги. Кирпичи прикладывали к затворам пулемётов, чтобы масло не замёрзло и оружие не заклинило». Мороз значительно ударил и по Красной армии. Согласно архивным документам, наши войска испытывали серьёзные проблемы с тем же зимним обмундированием. «Да мы мёрзли не меньше немцев, — рассказывает один из участников битвы за Москву, — сапоги, не говоря о валенках, тогда были большой редкостью. Ходили в ботинках с обмотками. Ночевали в сугробах, обернувшись в плащ-палатку, или на дне окопов. Один раз на какой-то ферме даже пришлось зарываться и спать в навозе. От него шло хоть какое-то тепло». Замёрзшие красноармейцы нередко попадались на пути немцев. Вот что рассказывает в своём дневнике безымянный немецкий лейтенант: «Случилось это под Азаровым в четвёртое воскресенье Рождественского поста 1941 года. Мы стояли в тыловом прикрытии полка. В окуляры бинокля я увидел группу русских и лошадей, стоявших на пологом заснеженном склоне. Мы стали осторожно приближаться. Но, когда подошли ближе, поняли, что все они, утопающие по пояс в снегу, были мертвы». По имеющимся оценкам, за студёную зиму 1941/42 года по причине холодов (обморожения, заболевания) из боевых рядов Красной армии выбыли около 180 тысяч человек. Что касается вермахта, то холода подкосили его состав на 230 тысяч человек.

Log in

create an account